Как холодно бывает ночью, когда последний пассажир, за спинку, бросив горстку корок, с подножки в полночь соскочил. Трамвай, скрипя на повороте, неверным светом озарил назло прожорливому рельсу строптивый взлет твоих перил. Проем окна, что желтой ленью, скользнул вдоль пластика витрин. Неверною вдруг выдал тенью толпу людей, - кто днем здесь был. Жарой московской утомленный, сугубо длинный пассажир качается в дверном проеме, везя домой биокефир. Вот праздной школьницы жевачка исправит надпись у окна. И в дальний угол мотыляясь Тебя увидеть еду я. То было днем, - сейчас другое. Рельс низким гулом проводил Пустой трамвай, А тень дневная Расположилась у перил. 2000. Лето